Rose debug info
---------------

Подписка на блог

Customize in /user/extras/subscribe-sheet.tmpl.php.

Sample text.

Twitter, Facebook, VK, Telegram, LinkedIn, Odnoklassniki, Pinterest, YouTube, TikTok, РСС JSON Feed

Sample text.

💀 «Социальные» «предприниматели»

Три года назад я рассказывал, почему общественная работа — не благотворительность и не хобби. Сегодня расскажу, что такое правильная общественная организация и почему что «социальные» «предприниматели» как морские свинки: не морские и не свинки.

Если одновременно заниматься общественной и коммерческой деятельностью, может возникнуть конфликт интересов. Честный человек старается не использовать общественное в личных интересах, бесчестный — наоборот.

Два типа организаций

Все типы объединений людей можно поделить по разным основаниям, но самое базовое — цели. Под организациями я понимаю и постоянно действующие сообщества, и собрания людей для разовых акций; неформальные и официально зарегистрированные.

Коммерческие организации ставят своей целью извлечение прибыли. Они зарабатывают деньги для владельцев. То, что в процессе удовлетворяется спрос, создаются рабочие места, ускоряется прогресс, — побочный эффект. Коммерческая организация ничего не должна обществу, кроме как действовать по закону. По закону ведётся работа или нет, проверяют уполномоченные обществом ведомства (в рамках своих компетенций): налоговая и трудовая инспекции, природоохранная и прочие прокуратуры, агентство лесного хозяйства, Росреестр и много кто ещё. Перед широкой общественностью коммерческая организация отчитываться не должна ни о чём, особенно — о прибыли.

Общественные организации ставят своей целью явным образом отчуждаемое общественное благо. Такие организации нужны там, где коммерческие не справляются. Посыл членов таких организаций: «Мы стараемся не для себя, а для других, делаем хорошее дело, на котором невозможно заработать, помогайте нам». Они точно так же не должны нарушать закон, но должны отчитываться не только перед специально уполномоченными обществом организациями, но и публично отчитываться перед общественностью, особенно по части денег: сколько откуда пришло и на что было потрачено.

Всё, что окружает нас, сделали коммерческие организации: мы живём в том, что построили коммерсанты; едим то, что произвели коммерсанты; одеваемся в то, что пошили коммерсанты. При этом неважно, что именно делает коммерсант: печёт пироги, жарит кофе, продаёт комиксы или делает рассылки, — если это важно обществу, общество проголосует рублём за его товары и услуги, все в выигрыше. Общество не несёт издержек, рискует только сам коммерсант и либо удовлетворяет какой-то общественный запрос, либо разоряется, если ему не хватает знаний, навыков.

Предпочтительная форма организации — коммерческая. Если нужно удовлетворить какой-то общественный запрос, то первое, о чём нужно подумать, — а получится ли ещё при этом заработать, ведь хорошее дело должно быть рентабельно.

Общественные организации существуют, потому что бывают сложные случаи, когда непонятно, как решить проблему и заработать на этом. Например, проблема бродячих собак коммерчески успешно в существующем правовом поле неразрешима. Этим и объясняется появление приютов, на которые собираются пожертвования.

Некоммерческие организации

Культура естественной, правильной общественной жизни пресеклась сто лет назад, потому что советская власть видела в ней опасность не меньшую, чем в предпринимательской деятельности. Если с предпринимательством люди за последние тридцать лет немного разобрались, то с публичной общественной работой всё сложнее. Возникнуть и развиваться культура общественной жизни может только в сытой среде, когда вопросы выживания уже решены и у людей появляются излишки времени и денег, которыми они могут распоряжаться в пользу неопределённого круга лиц. И поэтому люди пока не полностью понимают, путаются, что такое общественная организация, чем она должна заниматься, какие на неё это накладывает ограничения и обязательства, кто такой общественный деятель. Некоторые прохиндеи этим пользуются.

Некоммерческие организации, в отличие от коммерческих организаций, действуют не в интересах владельцев, а в интересах общества. Поэтому некоммерческие организации должны стремиться к тому, чтобы результат их деятельности мог быть в явном виде передан этому самому обществу. Некоммерческая организация, которая к этому стремится, будет открыто объяснять публике, чем она занимается, зачем это нужно и почему общество должно её поддерживать. Коммерсант может сказать: «Ничего личного, просто бизнес», но у некоммерческой организации репутация имеет больший вес. Если некоммерческой организации плевать на то, что общество о ней думает, плевать на поддержку общества, то, видимо, это коммерческая организация, которая лишь пытается выглядеть как некоммерческая.

Конфликт интересов

Можно быть владельцем бизнеса, можно быть владельцем многих бизнесов — это значит быть коммерсантом. Можно быть общественником и состоять в одной или нескольких некоммерческих организациях. Можно быть коммерсантом и помогать некоммерческим организациям. Но во всех случаях нужно избегать конфликта интересов. Потому что конфликт интересов — это всегда ложь и воровство.

Например, человек состоит в некоммерческом Союзе архитекторов, который должен защищать историческое наследие, от этого союза заседает в комиссии по городской среде Общественной палаты, и при этом руководит перспективной коммерческой организацией, которая уничтожает ту самую историческую среду человейниками и параллелепипедами в вентфасадах.

Самое минимальное, что этот условный архитектор может сделать в подобной ситуации, — не голосовать на заседаниях в Союзе и Палате и не подписывать никаких писем по вопросам, связанным с застройкой. Потому что его финансовая заинтересованность вступает в противоречие с его функцией как публичного общественного деятеля. Но такое решение — полумера. Правильнее, честнее было бы выйти из этих общественных объединений, не занимая место другого человека, у которого этого конфликта интересов бы не было, и заняться только строительным бизнесом.

А вот Генри Форд, например, настоящий коммерсант. И однажды он открыл больницу для бедных. Но это не было благотворительностью, которую он презирал, это не было перераспределением собранных народных денег, часть из которых могла бы прилипнуть к рукам. Это было вложение его собственных средств в коммерческое медицинское предприятие, предпринимательский риск. И хотя получилось социальное учреждение, важное для общества, конфликта интересов в этом не было, ведь Форд — автопромышленник, даже если бы он не зарабатывал на больнице, а она содержалась бы им как меценатом, — никого это не должно волновать.

Другая ситуация — с упомянутой морской свинкой. Недавно начали возникать вопросы к «общественному деятелю, филантропу и медиаменеджеру» Мите Алешковскому. Поводом для более пристального внимания общества послужило аннулирование Аэрофлотом его платиновой карты. Потому что он очень известный человек и через его фонды и фонд фондов проходят значительные суммы. Вопросы относительно чистоты и понятности отчётов его благотворительных социальных проектов правильные, но недостаточные. Раз Алешковский позиционирует себя как общественного деятеля, то он уже не может быть просто коммерсантом и вся его работа с деньгами должна быть кристально прозрачна. Например, он так много и часто летает в разные города разных стран за собственный счёт или за счёт благотворительных фондов? А он летает по делам фондов, в отуск с семьёй или решает вопросы своей коммерческой фирмы по продаже алкоголя «Кутёж»? Когда человек позиционирует себя в первую очередь как общественного деятеля, то он должен в святости своей уподобиться Папе Римскому, его финансы (в том числе и связанные с коммерческими организациями) тоже должны стать публичны. И не меняться по два раза в сутки.

Обязательность финансовых отчётов

Если обычный жертвователь с зарплатой в двадцать тысяч рублей видит, что глава благотворительного фонда получает ежемесячно восемьсот тысяч рублей, и считает это несправедливым, неэффективным, то он принимает решение не поддерживать фонд с таким управлением. Если же он видит, что Алешковский пользы приносит как если бы получал полтора миллиона, а себе берёт всего восемьсот тысяч, тогда жертвователь бы восхищался бессребреничеством Мити и перечислял с получки не сто, а двести рублей.

Жертвователь должен также не только видеть все зарплаты, но и понимать общую структуру доходов и расходов из прозрачного публичного отчёта. И если он сочтёт неприемлемой ситуацию, когда из пятнадцати собранных за год миллионов девять уходит на сайт, то опять же решит для себя: продолжать поддерживать, найти другой фонд или самому приехать в хоспис, детдом, зооприют и лично оказать адресную конкретную контролируемую помощь.

При этом если бы Алешковский не собирал пожертвования с обычных людей, а вкладывал бы в фонд исключительно свои личные средства от эффективно работающих коммерческих проектов и подбивал бы на такие же шаги обеспеченных друзей — то у публики не должно было возникать никаких вопросов к тому, какие суммы и в каких размерах перетекают с одного счёта на другой, хотя там и фигурирует общественная организация. Такие вопросы могут возникнуть только у налоговой и подобных организаций — вдруг происходит отмывание средств.

Лжеобщественники

Лжеобщественники занимаются обычной коммерческой деятельностью, при этом используя риторику общественных организаций, пытаются переложить свои предпринимательские риски на других:

Мы такие молодцы, делаем важное общее дело, поддерживать нас — обязанность каждого порядочного человека, помогайте нам! Нет, отчитываться о прибыли мы не будем, мы коммерческая организация, непорядочно считать деньги в чужом кармане

Также лжеобщественники могут заниматься и обычной коммерческой деятельностью, но недостаточно эффективно. Такие конкуренции с настоящими коммерческими организациями не выдерживают, добиваться коммерческой эффективности не умеют и не хотят, вместо этого изображают перед сотрудниками, партнёрами и публикой общественную организацию: «Мы не „не умеем работать“, мы просто некоммерческая организация, мы не будем работать лучше, вместо этого мы будем просить деньги».

Когда человек называет себя «социальным» «предпринимателем», он или не разобрался и подхватил подслушанный термин, или отдаёт себе отчёт в том, что сидит на двух стульях. И будет продолжать это делать, национализируя убытки и приватизируя прибыль. Потому что раз он социальный, то пусть негатив возьмёт себе общество, оно большое и выдюжит, а позитив заберёт себе он, потому что предприниматель и молодец.

В то время как и настоящие коммерческие, и настоящие общественные организации имеют право на существование, лжеобщественные паразитируют на обществе, дискредитируют честные коммерческие и честные общественные организации и по существу занимаются мошенничеством.

Вывод

Честная общественная, некоммерческая организация максимально подробно и открыто финансово отчитывается перед публикой, если она обращается к этой публике за помощью. Обязательства о публичном финансовом отчёте возникают и у человека, занимающегося общественной деятельностью, во всех случаях потенциального конфликта интересов между его общественной и коммерческой деятельностью.


В следующем материале я проиллюстрирую изложенную выше теорию на иркутском кейсе самого известного «социального» «предпринимателя» города.

Вы можете подписаться на ежемесячную автоматическую поддержку нашей редакции и ускорить появление новых материалов и влиять на их темы.

С появлением в Иркутске Горпроектов, у меня стало меньше времени на публицистику и личные общественные проекты и исследования. Поэтому решил так.

  • Если будет набираться пожертвований на сумму 8000 ₽ в месяц, то я гарантирую выпуск не меньше одного поста в месяц (здесь и далее — не учитываю книжные обзоры, также не учитываю целевые сборы).
  • Если донатов будет на сумму 16 000 ₽ в месяц, то я гарантирую не меньше двух постов.
  • Если будет не меньше 32 000 ₽ в месяц, то выпущу не меньше трёх постов.
  • Если наберётся 64 000 рублей и больше, материалы будут выходить раз в неделю.

Чем больше денег будет приходить, тем больше из них я могу использовать уже не на себя, а на инфраструктуру: для найма счётчиков на исследования, на оборудование для фото или видео (постоянно приходят просьбы начать снимать короткие ролики), на заказ справок из Росреестра. Ну то есть смогу заниматься вот этим более серьёзно, а не в свободное от остальных работ время. Если вы увидите, что я не дорабатываю и халтурю — отключайте пожертвования и всё. Понятно, что моя деятельность немного пересекается с работой Горпроектов, но я могу делать то, что они не могут по политическим или иным причинам. Отчёты жертвователи получат более детальные, остальная анонимная общественность — менее детальные (вот за 2017, 2018, 2019 и 2020 годы).

Лучше всего использовать Бусти, тариф выбирайте любой, на каждом из них можете изменить сумму. Эта система регулярных платежей будет стимулировать меня больше, чем разовые подарки. Но если нет, то вот традиционная разовая форма

Подписаться на блог
Поделиться
Отправить
Дальше